29 августа — День памяти отечественных заповедников | Экспертный совет по заповедному делу

Предлагаю установить.

72 года назад вышло постановление Совета Министров СССР от 29 августа 1951 г. №3192 «О заповедниках», подписанное его председателем (и руководителем государства) И.В. Сталиным, определившее суть и размах события, которое в дальнейшим историографы заповедного дела назовут Первым разгромом отечественной заповедной системы.

Этим постановлением в СССР было ликвидировано 88 государственных заповедников из 128 имеющихся.

В том числе в границах Российской Федерации (РСФСР) были полностью закрыты 27 (из 47) государственных заповедников, территория остальных сокращена, общая площадь заповедников снижена в 15 (!) раз.

Хотелось бы отметить, что изданное постановление было вовсе не спонтанным, вопрос о судьбе заповедников страны анализировался и обсуждался на высшем уровне весьма обстоятельно (и никоим образом не кулуарно).

Надо признать, что нападки на систему заповедников (со стороны хозяйственных и властных структур) происходили на всём протяжении её формирования и развития. Однако к концу 1940-х годов они приняли системный характер.

Так, в 1948 году был упразднён государственный заповедник «Бузулукский бор».

Уже в конце 1949 года в Совмине СССР встал вопрос о более широком использовании природных ресурсов заповедников в хозяйственных целях. В июне 1950 г. негативная оценка системы государственных заповедников направлена в Совмин от имени Министра лесного хозяйства СССР А.И. Бовина. 20 июля Совет Министров СССР поручил Советам Министров республик и Госплану СССР «представить предложения о сети и мерах по улучшению деятельности заповедников» (и такие предложения были собраны и представлены).

Дальнейшая важная роль в этой истории принадлежала многолетнему соратнику и выдвиженцу Л.П. Берии, генералу армии В.Н. Меркулову, с 1950 года являвшегося министром государственного контроля СССР.

24 ноября 1950 года Бюро Совета Министров СССР, после предварительного рассмотрения всех предложений, поручило министру Госконтроля СССР Меркулову представить окончательное предложение по заповедникам.

Уже в тот же день, 24 ноября 1950 г. Меркулов подписал приказ о тотальной проверке системы заповедников СССР. Для этого в Белоруссию, Украину, Узбекистан, Грузию и РСФСР было направлено 200 человек – работников органов госконтроля. Было собрано множество фактов, дискредитирующих заповедное дело.

4 января 1951 г. Меркулов направил на имя Сталина письмо «О работе государственных заповедников», где дал этой работе соответствующую оценку (определившую содержание итогового решения о судьбе заповедного дела в стране).

Письмо Меркулова было положительно воспринято Сталиным. С начала весны 1951 г. Меркулов приступает к подготовке проекта постановления правительства, игнорируя полученные мнения ряда республиканских органов исполнительной власти, а также научного сообщества.

В мае 1951 г. пакет документов по «работе заповедников» был передан секретарю Сталина Поскребышеву. 25 июля 1951 г. Сталиным подписано распоряжение Совмина СССР №12535-р:

«Поручить комиссии в составе тов. Меркулов (председатель), Хрущев, Козлов, Бенедиктов, Скворцов, Бовин, Сафронов подробно разобрать материалы Госконтроля по каждому заповеднику и представить проект Постановления Совета Министров СССР о передаче земель и лесов соответствующим ведомствам для использования государственными органами и колхозами с тем, чтобы территорию всех оставшихся заповедников свести не более, чем к 1,5 млн. гектаров. Первый доклад комиссии заслушать в Совете Министров через 2 недели».

И вот, 29 августа 1951 года Сталин подписывает этот эпохальный документ, нанесший непоправимый ущерб делу территориальной охраны природы.

Необходимо особо отметить, что целый ряд ценнейших в экологическом отношении заповедных территорий оказались полностью утрачены: они так и не были восстановлены в статусе за последующие 70 лет.

А вот оценка тех событий, данная видным деятелем, подвижником и профессионалом отечественного заповедного дела Александром Петровичем Протопоповым (1880 – 1959):

«В научных и общественных кругах такое сокращение и территории, и количества заповедников рассматривается как катастрофа заповедного дела и полное разрушение географического принципа размещения заповедников по природным зонам

Говоря об основных последствиях 1-го разгрома заповедной системы страны, нельзя не отметить и следующий аспект:

принятое постановление создало прецедент демонстративно-пренебрежительного и утилитарного отношения к идее заповедного дела со стороны государства, имевшее губительное продолжение и в дальнейшие годы и десятилетия.

Во многом оно и определило преобразование в 1957 году ряда заповедников страны в так называемые заповедно-охотничьи хозяйства – ещё одно нелепое решение, в частности — достаточно негативно отразившееся на всей дальнейшей судьбе Крымского государственного заповедника.

И, смею предположить: не было бы 1-го разгрома заповедной системы в 1951 году – не случилось бы и 2-го, 10 лет спустя. Тогда, в 1961 году в СССР по инициативе руководителя страны Н. Хрущева вновь трансформирована система заповедников. В том числе в РСФСР были полностью закрыты 5 заповедников, 4 – реорганизованы, а территория ещё 2 существенно сокращена.

Одновременно, в соответствии с изданным постановлением СМ СССР от 29.08.1951 г., были ликвидированы и специализированные государственные органы по управлению заповедниками в союзных республиках, в том числе – Главное управление по заповедникам при Совете Министров РСФСР, что явилось системным ударом по развитию заповедного дела и определило многие его проблемы на последующие десятилетия, в том числе в современной России.

Специализированный федеральный орган управления заповедниками (национальных парков тогда не было) был образован совместным постановлением ВЦИК и Совнаркома РСФСР от 20 августа 1933 года. Это был Комитет по заповедникам при Президиуме ВЦИК РСФСР, в 1939 году (в связи с изменением конституционного устройства страны) преобразованный в Главное управление по заповедникам при Совнаркоме РСФСР.

Это выдающееся событие было в тренде передового мирового опыта: к этому времени Агентство национальных парков Канады действовало с 1911 года, Служба национальных парков США — c 1916 года, Агентство национальных парков Южно-Африканского союза – с 1926 года.

Это принятое управленческое решение сыграло исключительную роль в становлении и развитии отечественного заповедного дела в Российской Федерации и обеспечило его успех в последующие 18 лет.

Мощными темпами стала расширяться сеть заповедников, причём на научной, биогеографической основе. Уже в 1935 году в РСФСР было создано сразу семь новых заповедников. Не прекращалась эта работа даже в годы Великой Отечественной войны, когда уже в 1943 году было создано 2 новых заповедника, в победном 1945 – сразу 6 новых заповедных территорий.

На протяжении 17 лет руководителями этой республиканского органа власти были весьма авторитетные государственные деятели (П.Г. Смидович, сменивший его К.М. Шведчиков) и блистательный профессионал заповедного дела, бессменный заместитель указанных руководителей В.Н. Макаров.

Главк был подлинной школой кадров: в штате его центрального аппарата в разные годы работала плеяда высококвалифицированных специалистов, в дальнейшей жизни снискавших известность как выдающиеся отечественные учёные – естествоиспытатели (биогеографы, зоологи, ботаники). Среди них были такие «звездные имена», как А.А. Насимович, П.Б. Юргенсон, Г.Г. Боссе, А.В. Михеев, Н.А. Прозоровский, С.Е. Клейненберг, С.М. Успенский.

Главк стремился к ведению ответственной кадровой политики, в т.ч. придерживаясь принципа ротации руководящего состава заповедников. В составе сформированного корпуса директоров заповедников, среди многих ярких руководителей – опытных хозяйственников и управленцев (таких как В.В. Васильев, А.М. Ермолаев, В.А. Булкин, В.В. Решёткин, Н.Е. Лаврентьев, В.А. Бородавкин, В.М. Элеш, А.В. Грибас) был и ряд выдающихся натуралистов и подвижников охраны природы, имена которых навечно остались в истории отечественной науки и заповедного дела. Среди них — Л.Г. Капланов, Г.Ф. Бромлей, Л.О. Белопольский, Г.М. Крепс, К.Г. Абрамов, В.А. Котов, В.В. Криницкий.

А ведь кадровую политику Главк проводил и в части формирования корпуса заместителей директоров по научной работе, не отдавая это лишь на откуп самих руководителей заповедников. И в эти годы к руководству научных отделов многих заповедников удалось привлечь энергичных и исключительно талантливых специалистов, снискавших в дальнейшем широкую известность как знаковые фигуры отечественной школы полевой биологии и экологии. Среди них такие имена, как Ю.А. Исаков, О.И. Семёнов-Тян-Шанский, В.П. Теплов, Ю.А. Салмин, Ю.В. Аверин, В.В. Станчинский, В.Н. Скалон, П.П. Смолин, С.В. Кириков, С.С. Фолитарек, Л.П. Познанин, В.М. Модестов, Г.Д. Дулькейт.

При Главном управлении по заповедникам был создан и активно работал Научно-технический совет, представленный выдающимися деятелями науки – классиками отечественной зоологической, ботанической и охотоведческой школы: профессора А.Н. Формозов, В.Г. Гептнер, Г.П. Дементьев, П.А. Мантейфель, С.С. Туров, Б.М. Житков, И.И. Пузанов, Д.Н. Кашкаров, Г.В. Никольский, Е.М. Лавренко, Б.М. Козо-Полянский и др.

Всё это с ликвидацией Главка кануло в лету…

Правда, еще менее двух лет просуществовал новоявленный (пришедший на смену российскому) Главк по заповедникам при Совмине СССР (кастрировано-реформированный, утративший и профессиональную команду, и идейную составляющую, возглавляемый бездарем и мракобесом А.В. Малиновским, продемонстрировавший полную управленческую несостоятельность, знаменитый приданием грифа секретности «Летописям природы» заповедников и увольнением таких «малоценных» (и чрезмерно принципиальных) сотрудников, как А.А. Насимович и С.М. Преображенский.

А затем заповедная отрасль полностью утратила самостоятельность. Не приобрела она её и сегодня, когда под крышей Минприроды России уже сосредоточены 104 государственных природных заповедников, 66 национальных парков и 61 федеральный заказник.

Таким образом, уже 72 года в стране отсутствует самостоятельная структура, призванная осуществлять государственное управление системой ООПТ, способная решать весь круг организационных, финансовых, кадровых и природоохранных вопросов, обладающая всей полнотой полномочий и отвечающая за конечный результат их реализации. Управление системой заповедников и национальных парков в стране осуществляется неэффективно на протяжении семи десятилетий в силу ошибочно избранной управленческой модели. Яркие успехи здесь, конечно, были – не было должной эффективности в целом: не достигло ее ни одно из многочисленных ведомств, в разные годы бравших на себя миссию управления заповедной системой — ни Минсельхоз СССР, ни Главохота РСФСР, ни Госкомприроды СССР, ни Госкомэкологии России, ни Минлесхоз РСФСР, ни Рослесхоз, ни МПР России, ни Росприроднадзор, ни Минприроды России. Без перехода же на современную модель управления, апробированную в мире за последнее столетие, нам не удастся обеспечить выполнение задач, возложенных на систему ООПТ, в перспективе же есть риск нарастающей деградации этой системы и даже её потери.

Те, кто по вышеприведённой ссылке захотят ознакомиться с текстом злополучного правительственного решения 7-летней давности, наверняка обратят внимание, что последнее изменение этого постановления Совмина СССР датировано аж 3 февраля 2020 года! Блин, оно – действующее! Оставив в стороне юридическую казуистику, стоит в полной мере с этим согласиться. Да, этот акт 1951 года – ДЕЙСТВУЕТ ДО СИХ ПОР, ПРОДОЛЖАЯ САМЫМ ПАГУБНЫМ ОБРАЗОМ ОТРАЖАТЬСЯ НА СОСТОЯНИИ НАШЕГО БЕДНОГО МНОГОСТРАДАЛЬНОГО ЗАПОВЕДНОГО ДЕЛА!

Автор — Всеволод Степаницкий