Он добился заповедания Сихотэ-Алиня | Экспертный совет по заповедному делу

Константин Георгиевич Абрамов – натуралист, охотовед, природоохранник, подвижник заповедного дела, выдающийся организатор и руководитель заповедников на юге Дальнего Востока.

Константин Георгиевич Абрамов (19.12.1883 – 3.12.1961)

К.Г. Абрамов родился в 1883 году г. Богородске (ныне — Ногинск) Московской губернии в семье мещанина, арендующего шёлко-красильное заведение. С детства проявлял ярко выраженный интерес к живой природе. Этот интерес получил серьезное укрепление во время частого пребывания подростка Константина Абрамова на лесной даче Федотовых (дед К.Г. Абрамова был женат на дочери крупного шелкопромышленника Федотова) в Покровском уезде Владимирской губернии и его странствиям по лесам под началом местного лесника П.И. Барабанова. В 14 лет Константин Абрамов получил первое ружье и увлекся охотой, погружаясь и в изучение жизни диких зверей и птиц, причем не только центральной России. По его воспоминаниям, в возрасте 12-ти лет он прочитал в журнале «Нива» рассказ А.Я. Максимова «В Уссурийской тайге» и поучил заветную мечту — попасть в эту тайгу и своими глазами ее обитателей.

Однако по настоянию отца К.Г. Абрамов поступает в Императорское Комиссаровское техническое училище в г.Москве и в 1902 году заканчивает его.

Уже во время учебы Константин Абрамов проявляет интерес к общественным наукам и постепенно начинает втягиваться в марксистское движение. 1904 году он вступает в РСДРП. В январе 1905 года переезжает в г. Баку, где становится членом Бакинского комитета РСДРП и одним из активных участников революционных событий в Закавказье. В сентябре 1905 года Абрамов подвергнут первому аресту и высылке в город Карс (ныне — территория Турции). Всего таких арестов будет восемь, после очередного, в 1908 году, находясь в Баиловской тюрьме г. Баку, он знакомится с такими видными государственными деятелями будущей Советской России, как И.В. Сталиным, Г.К. Орджоникидзе, К.Е. Ворошиловым, А.Я. Вышинским.

В 1909 году революционер К.Г. Абрамов арестован и подвергнут трехлетней ссылке в г. Усть-Сысольск (ныне – Cыктывкар). Среди ссыльных товарищей К.Г. Абрамова – и видный революционер П.Г. Смидович, который в 1933 году возглавит Комитет по заповедникам при Президиуме ВЦИК РСФСР. В ссылке К.Г. Абрамов активно занимается рыбалкой и охотой, собирает материалы и готовит публикации охотоведческой направленности, уже вернувшись из ссылки издает (в 1914 г.) книжку «В Зырянском краю». Впоследствии он вспоминает годы ссылки как «счастливейшее время жизни».
 
К.Г. Абрамов  (справа) в ссылке.     

В 1911 году, по окончанию ссылки, К.Г.Абрамов приезжает в Москву. С этого момента начинается его явный отход от революционной деятельности (в дальнейшем он выбывает и из членов партии большевиков). Абрамов становится практикантом Московской поверочной палаты торговых мер и весов, далее — успешно сдает экзамен на инспектора-поверителя. Затем следуют его назначение в системе поверочных палат России – сначала в Люблин (ныне — территория Польши), затем в Екатеринбург, где он уделяет свободное время общению с природой Урала.

        
        К.Г. Абрамов. 1913 год.

Но начинается Первая мировая война и в январе 1915 года Абрамов призван в армию. Он заканчивает школу прапорщиков и во время войны пребывает в 1-го Кавказском военно-дорожном отряде.
       
      К.Г. Абрамов (справа) во время службы на Кавказе.

       Весной 1919 г. он вступает в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии, служит в Ярославском окружном военно-инженерном управлении, в Харькове, в Одессе. После завершения Гражданской войны, в 1922 году он возвращается в Москву, на хорошо знакомую работу — в Поверочную палату мер и весов.

В 1923 году К.Г. Абрамов направлен в г.Читу в должности начальника-организатора Дальневосточной поверочной палаты мер и весов, которая в 1924 году переводится во Владивосток – сюда переезжает и Абрамов. Здесь он становится членом Владивостокского отдела Русского Географического общества, знакомился с известным исследователем, писателем и натуралистом В.К. Арсеньевым. И, разумеется, ездит на охоту, реализуя свою детскую мечту об уссурийской тайге. А в 1927 году, в возрасте 44 лет, К.Г. Абрамов решает всю свою дальнейшую жизнь связать с миром дальневосточной природы. Он начинает работать в охоттовариществе «Промысловик», созданном по его инициативе, в областной охотничьей инспекции.

Осенью 1928 года Абрамова назначают руководителем специальной экспедиции по изучению пятнистого оленя. Он обследует состояние оленеводческих хозяйств на юге Приморья и лесные участки на побережье Японского моря — местообитания диких пятнистых оленей. По итогам работы он готовит документы с предложениями как по дальнейшему развитию пантового оленеводства, так и по сохранению нещадно истребляемого дикого пятнистого оленя. В 1929 году, в«Записках Владивостокского отдела Государственного географического общества» в публикуется статья Абрамова — «Некоторые данные о пятнистом олене (Cervus hortulorum Sw.) в Приморье», а в 1930 – издается монография «Пятнистый олень: Элементарные сведения по пантовому оленеводству».В целом, именно благодаря К.Г. Абрамову в Советской России начинают принимать меры по сохранению пятнистого оленя в Приморье.

В 1930-31 гг. К.Г. Абрамов вместе с зоологом М.Н. Преображенским участвует в охотустроительной экспедиции в южной Приморье, в ходе которой, в частности, намечает границы будущего Судзухинского (ныне – Лазовского) заповедника. И, конечно, площадь этого заповедника, по замыслу К.Г. Абрамова, в несколько раз превышала территорию, отведенную, в дальнейшем, при создании этого заповедника.

В 1932-1933 гг. Всесоюзный НИИ пушно-мехового и охотничье-промыслового хозяйства (ВНИПО) организовал Амурскую охотпромысловую биологическую экспедицию. Научное руководство экспедиции осуществляет молодой московский зоолог В.С. Стаханов (талантливый исследователь, представитель блистательной плеяды первого поколения воспитанников Кружка юных биологов Московского зоопарка — КЮБЗа, в дальнейшем – участник арктической экспедиции на пароходе «Челюскин», подорвавший там свое здоровье и рано ушедший из жизни).

   Зоолог В.С.Стаханов (1908 — 1937).

А начальником экспедиции назначен К.Г. Абрамов — инспектор охоты при Уполномоченном народного комиссариата внешней торговли по Дальневосточному краю. Один из экспедиционных отрядов возглавил сам Константин Григорьевич, второй – 23 летний москвич, тоже воспитанник КЮБЗа, зоолог Юрий Алексеевич Салмин – именно в этой экспедиции состоялось знаковое для заповедного дела знакомство Абрамова и Салмина. Отряд Абрамова прошел долинами рек Хунгари, Бикин и Арму, отряд Салмина обследовал низовья Амура и несколько притоков Бикина.

По завершении экспедиции К.Г. Абрамов списывается со своим старым знакомым еще по Московскому комитету РСДРП, Бутырской тюрьме и царской ссылке – старым большевиком, заместителем председателя Президиума ВЦИК и председателем республиканского Комитета по заповедникам П.Г. Смидовичем, представив убедительное обоснование создания заповедника в среднем Сихотэ-Алине. В ноябре 1934 года он поступает на работу в Комитет по заповедникам и получает задание провести рекогносцировочную экспедицию с целью уточнения границ будущего Сихотэ-Алинского заповедника. Эту работу он проводит зимой 1935 года вместе Ю.А. Салминым, откомандированным из Москвы Комитетом по заповедникам в распоряжение К.Г. Абрамова.

Зоолог Ю.А. Салмин (1908 — 1943)

Сихотэ-Алинский государственный заповедник был официально создан постановлением ВЦИК и Совета Народных Комиссаров РСФСР от 10 февраля 1935 года. В этом – огромная заслуга К.Г. Абрамова и Ю.А. Салмина. С момента создания заповедника Константин Георгиевич назначается его директором, а Ю.А. Салмин – его заместителем по научной части (Салмин работает в заповеднике до ухода на фронт в декабре 1942 года, где он, снайпер, гибнет в 1943 году).

О невероятном упорстве, с которым Константин Георгиевич «пробивал» необходимые согласования при создании заповедника, свидетельствует следующий незаурядный эпизод.

Для подготовки полноценной документации с описанием границ заповедника, требовалось согласование охотничьей инспекции Дальневосточного края. Абрамов, прибыв в Хабаровск, снял номер в гостинице и пригласил на вечер для разговора начальника охотинспекции. Что бы разговор был успешным, руководствуясь русской традицией, Абрамов прямо в номере выставил надлежащее угощение.

Уже в разгар застолья, Константин Георгиевич перешел к делу, выложил на стол «согласительный документ» и предложил собеседнику поставить на нем подпись. Тот отказался категорически. Тогда Абрамов повалил начальника краевой охотинспекции на пол, заломил ему руки за спину и сказал, что не отпустит до тех пор, пока тот не подпишет документ. Сил сопротивляться у главного охотинспектора не осталось и тот документ подписал.

Созданный Сихотэ-Алинский заповедник имел охраняемую территорию площадью 1,8 млн га – самый большой заповедник в те годы и второй по площади суши за всю историю отечественного заповедного дела. Это потом, при великом погроме заповедников в 1951 году, его урежут в 15 раз и даже на сегодняшний день его площадь составляет лишь 402 тысячи га.

Морское побережье Сихотэ-Алинского заповедника. Фото И.Шпиленка

Замечу, что крайне удачный выбор Абрамовым своего заместителя по научной части повлек сразу за собой формирование сильного научного отдела молодого заповедника – в частности, в 1936 в его ряды вливаются товарищи Ю.А. Салмина по КЮБЗу: и зоолог Валентин Дмитриевич Шамыкин, на долгие годы связавший себя с заповедным делом, и Лев Георгиевич Капланов, будущая легенда полевой териологии и охраны дикой природы на Дальнем Востоке.

        

Зоолог В.Д. Шамыкин (1910-1999) 

Зоолог Л.Г. Капланов (1910 — 1943)

Сразу после создания заповедника К.Г. Абрамов первостепенное внимание уделяет его охране – и борьбе с охотничьим браконьерством, и противодействию нелегальной «копке» женьшеня. И эту борьба с самого начала велась действительно беспощадно. Так, по воспоминаниям К.Г.Абрамова, в верховье р. Колумбе стояла фанза китайского охотника. После организации заповедника он подлежал выселению. Около фанзы были и плантация опийного мака. Абрамов сжёг и фанзу, и плантацию. При этом огорченный китаец приговаривал: «Капитана Абрамова — очень плохой капитана. До революции здесь ходила капитана Арсеньева. Арсеньева очень хороший капитана был, он разрешал жить…».
        
        Владимир Клавдиевич Арсеньев (1872-1930)

Но столь жестко и бескомпромиссно Абрамов поступал не только с безобидными китайскими промысловиками. Столкнувшись с фактами браконьерства со стороны военных топографов, он издает приказ: службе охраны, в случае обнаружения в заповеднике военного с длинноствольным нарезным оружием, стрелять в него без предупреждения. Копию приказа Абрамов направляет главному на Дальнем Востоке воинскому начальнику — командарму Василию Блюхеру. На Блюхера это производит впечатление и он запрещает своим топографам появляться на территории заповедника с винтовками и карабинами.

В другой раз, с целью «отучения» пограничников, практикующих стрельбу с катеров по горалам, он дает работникам охраны заповедника команду открыть огонь над судном, на палубе которого находились «стрелки». Более того, он издает (как и в случае с топографами) соответствующий письменный приказ и направляет копию пограничному начальству во Владивостоке. И опять вопрос решается в пользу заповедника.
             
            Горал на морском побережье Сихотэ-Алинского заповедника.

Повышенное внимание К.Г. Абрамов уделяет и вопросам обустройства, охраны и изучения Судзухинского филиала Сихотэ-Алинского заповедника, который в 1940 году станет самостоятельным Судзухинским (ныне – Лазовским) заповедником.
              
              Побережье Лазовского (ранее — Судзухинского) заповедника. Фото И.Шпиленка

По имеющимся сведениям, председатель республиканского Комитета по заповедникам П.Г.Смидович, знавший Абрамова еще по революционному прошлому и высоко ценивший его,   весной 1935 года подготовил на Константина Георгиевича наградные документы (на орден Трудового Красного Знамени), но награждение так и не состоялось из-за смерти П.Г. Смидовича.
       
       П.Г. Смидович (1874 — 1935)

      К сожалению, с новым руководством Комитета (его возглавил К.М. Шведчиков) конструктивные отношения не сложились. Начиная с 1937 года в его адрес из Комитета поступают критические замечания. В августе 1937 года приказом Комитета по заповедникам он освобожден от должности директора и переведен в заместители директора по научной части.

Очевидно, что такое отношение к своей персоне со стороны собственного руководства К.Г. Абрамов переживает болезненно. Во многом по этой причине в 1939 году он покидает свое детище – Сихотэ-Алинский заповедник и переезжает в Хабаровский край, где работает в Дальневосточном опорном пункте Всесоюзной научно-исследовательской станции охотоведения. Ключевым предметом его исследований становятся вопросы охотничьей кинологии (он крупный специалист по амурской лайке) и популяция соболя. В продолжение почти пяти лет он проводит свои исследования в нижнем течении реки Амура (бассейн реки Горина) по амурской лайке и одновременно уделяет много внимания изучению вопросов по учету соболя и его акклиматизации.

        К.Г. Абрамов на Амуре.

      При этом Константин Георгиевич продолжает проявлять себя и на ниве борьбы с охотничьим браконьерством – он активный и весьма результативный общественный охотничий инспектор. По повествованию писателя Бориса Можаева, знакомого с Абрамовым, как-то, в момент изъятия очередного ружья у браконьера — местного жителя, присутствующий при этом коллега Константина Георгиевича по Академии наук попытался его увещевать – мол, наше дело – наука, а не борьба с браконьерством, да и вообще — местные браконьеры лишь неразумные дети природы. На что Абрамов прореагировал резко: «Нет, они не дети природы, а сукины дети. Учить их надо, да не словами, а делом».

В 1944 году К.Г. Абрамов возвращается в Приморье — он был приглашен на должность директора Супутинского (ныне – Уссурийского) заповедника Дальневосточного филиала Академии наук СССР. И здесь он начинает с того, что «перекрывает кислород» местным браконьерам. Однако, как руководитель с высокой требовательностью к окружающим (и имеющий репутацию человека тяжелого и неуживчивого), в 1947 году, из-за возникшего конфликта с начальством (которое инициировало и попытки возбудить против него уголовное дело), Абрамов вынужден перейти перешел на должность научного сотрудника Дальневосточного филиала Академии наук. Причем и оттуда он был уволен в 1949 году. В 1951 году, после обращения видных московских ученых-зоологов (включая В.Г. Гептнера и А.Н. Формозова) к президенту АН СССР, Абрамову вновь назначен научным сотрудником и оставался в указанной должности до ухода на пенсию в 1959 году. За эти годы он участвует в полевых экспедициях, готовит и публикует ряд научных трудов, включая монографию «Копытные звери Дальнего Востока». Следует отметить, что основу методики учета тигров, которую потом десятилетиями использовали на Дальнем Востоке, разработал именно К.Г. Абрамов.
        
Напомню, что у Абрамова было лишь техническое образование, посвятив же себя исследованию в области экологии охотничьих зверей, он проявил качества биолога-самоучки и прирожденного натуралиста. Научную работу он продолжает и на пенсии. Даже будучи тяжело больным и потерявшим зрение он продолжает доработку своих статей по биологии амурского тигра, соболя, копытных зверей, диктуя по памяти соответствующие тексты своему сыну-биологу. Уже после смерти К.Г.Абрамова, в 1967 году вышла в свет его книга «Соболь в охотничьем хозяйстве Дальнего Востока».

Константин Георгиевич скончался в 1961 году и похоронен на территории Уссурийского государственного заповедника.
        
Могила К.Г. Абрамова в Уссурийском заповеднике.  Информация на доске не отличается документальной точностью. Фото О.Арифулиной, 2009 г.

Распоряжением Правительства России от 4 июля 2006 года Сихотэ-Алинскому заповеднику присвоено имя Константина Георгиевича Абрамова.
     
Чтобы помнили!

Литература:
Суворов Е.А. «Заповедные хроники». Владивосток, издательство Дальневосточного университета, 2004
Суворов Е.А. «Директор Сихотэ-Алиня». Записки Общества изучения Амурского края. Владивосток, 2009

Автор — Всеволод Степаницкий, сопредседатель Экспертного совета по заповедному делу