Об опасности создания Селемджинской и Нижне-Зейской ГЭС | Экспертный совет по заповедному делу

5 апреля 2023 г. на сайте ТАСС было опубликовано сообщение о том, что компания «РусГидро» приняла решение о строительстве в Амурской области Селемджинской и Нижне-Зейской ГЭС. Постараемся разобраться, чем вызвано такое решение и чем оно может обернуться.

В настоящее время большинство экспертов считают, что энергии Зейской, Бурейской и Нижне-Бурейской ГЭС достаточно для обеспечения потребностей хозяйства российского Дальнего Востока на обозримую перспективу. Подтверждением этому является экспорт электроэнергии в КНР. После подтоплений нескольких населенных пунктов на Дальнем Востоке гидростроители получили от федеральных властей поручение: «Спроектировать и создать в бассейне Амура гидросооружения для защиты населения от наводнений». Формальный подход к выполнению этого поручения может привести к экологической катастрофе регионального масштаба. Бороться стоит не с редкими экстремальными наводнениями, которые являются неотъемлемой природной особенностью Приамурья, а с их негативными социальными последствиями.

Водохранилища способны противостоять краткосрочным высоким паводкам и наводнениям при низком и среднем объеме стока. Однако возможность водохранилищ предотвращать наводнения при высоком и экстремальном объеме стока более чем сомнительна. Для Амура и его притоков характерны колоссальные естественные колебания объемов стока (до 270 крат – от 150 до 40 000 м3/сек). Это максимальный показатель для нашей страны. Создание крупных водохранилищ с необходимыми противопаводковыми емкостями сопряжено с целым рядом негативных экологических и социальных последствий. Потребуется затопить огромные территории наиболее продуктивных сельскохозяйственных угодий и природных комплексов с максимальными показателями биоразнообразия. При этом понадобится ликвидация множества поселков и переселение десятков тысяч человек. Створы большинства перспективных плотин находятся в зонах тектонических разломов с высокой сейсмичностью. Их строительство существенно повысит риск техногенных катастроф.

Существует и экономический аспект проблемы. Практика показывает, что энергетики всеми силами стараются избегать холостых сбросов, лишающих их дополнительных выплат за электроэнергию. Вспомним лето 2014 года, когда сбросы с плотины Зейской ГЭС способствовали подтоплению населенных пунктов в нижнем бьефе. На рисунке 1 видно, что приточность в Зейское водохранилище стала быстро увеличиваться в начале июля 2014 года, но только через месяц, 2 августа энергетики несколько увеличили сброс воды. Но не настолько, чтобы снизить уровень водохранилища и освободить необходимую резервную емкость для приема пика паводка. В итоге к пику паводка уровень воды в водохранилище достиг критической отметки, угрожающей безопасности плотины. Вынужденный сброс усугубил критическую ситуацию в нижнем бьефе. По аналогичному сценарию разворачивались события в 2007 году когда, при среднем уровне приточности, аварийные сбросы воды с Зейской ГЭС подтопили г. Зея и пос. Овсянка. Похожие ситуации могут повториться и на новых ГЭС.

Рис. 1. Ход паводка в 2013 г. (данные единой диспетчерской службы, опубликованные в газете «Зейский Вестник»)

Строительство Селемджинской и Нижне-Зейской ГЭС не решит вопрос борьбы с наводнениями, но гарантированно создаст массу острейших социальных и экологических проблем. После возведения плотины Селемджингской ГЭС под воду уйдет несколько крупных населенных пунктов, участок БАМ и автодороги регионального значения. Площадь акватории составит около 800 кв. км. Будут затоплены обширные болотные массивы Норских и Альдиконских марей. Они представляют собой эффективный стабилизатор стока, способный аккумулировать огромный объем воды, препятствуя катастрофическому подъему уровня ниже по течению. Этот мощный естественный противопаводковый барьер не требует дополнительных затрат и надежно работает вне зависимости от технологических или экономических факторов. Кроме того, по данным российских ученых, болота Сибири и Дальнего Востока наиболее эффективно аккумулируют углерод, препятствуя развитию глобального потепления.

Главная экологическая опасность крупномасштабных работ по созданию больших противопаводковых плотин – кардинальное нарушение естественного гидрологического режима долин Амура и его крупных притоков, ведущее к деградации пойменных экосистем. Залог их сохранности – периодическое заливание, сопряженное с регулярными значительными колебаниями уровня грунтовых вод. Если эти условия не соблюдаются, то пойменная растительность быстро деградирует. Старичные озёра без периодического промывания высокими паводками постепенно заиливаются. После появления Зейской и Бурейской ГЭС режим затопления поймы Амура уже претерпел значительные изменения. Дальнейшее снижение частоты высоких паводков и амплитуды колебаний уровня грунтовых вод приведет к катастрофическому снижению биологического разнообразия пойменных экосистем (в том числе к резкому уменьшению численности редких видов журавлей и аистов, гнездящихся в Хинганском заповеднике и на сопредельной территории), падению продуктивности сельскохозяйственных угодий, полной утрате рыбохозяйственного значения зарегулированных рек.

В нарушение федерального закона «Об особо охраняемых природных территориях» Селемджинское водохранилище затопит значительную часть территории Норского заповедника, а оставшимся охраняемым наземным экосистемам будет нанесен невосполнимый ущерб. Эти водно-болотные угодья представляют ценнейшие местообитания не менее 29 редких охраняемых видов птиц. Для некоторых из них затапливаемые местообитания имеют важнейшее региональное или даже мировое значение. У черного аиста отмечена уникально высокая плотность населения — около 1 особи на 100 кв. км. Это максимальный показатель для всей мировой популяции. У дальневосточного аиста и японского журавля здесь находятся самые северные места гнездования. Здесь же обитает крупная обособленная гнездовая группировка черного журавля. Водно-болотные угодья в районе устьев рек Нора и Альдикон представляют собой второй по значимости в Амурской области очаг гнездования сухоноса и клоктуна. В междуречье среднего течения Селемджи и Норы существует единственная на территории Амурской области оседлая группировка рыбного филина, состоящая из 5-6 гнездящихся пар. Она представляет северо-западный форпост распространения этого уникального вида. В случае создания Селемджинской ГЭС все упомянутые группировки будут фактически уничтожены.

Бассейн среднего течения рек Зея и Селемджа — единственное место в нашей стране, где до сих пор происходят массовые сезонные миграции сибирской косули (рис. 2).

КОСУЛИ 2

Рис. 2. Массовая миграция сибирской косули в зоне влияния проектируемого Нижне-Зейского гидроузла. Снимок сделан с федеральной трассы на участке между н.п. Сиваки и Мухино в р-не истоков р. Ту (выше пос. Чагоян). Ноябрь 2015 г. Фото Д.В. Астафьева

Создание Нижне-Зейского и Селемджинского гидроузлов перекроет важнейшие миграционные пути сибирской косули и окажет резко негативное воздействие на Верхне-Депскую, Норскую и Альдиконскую мигрирующие популяционные группировки, что является прямым нарушением федерального закона «О животном мире», запрещающего нарушение миграционных путей диких животных. Для Норской группировки это будет фактически смертным приговором. Междуречье Норы и Селемджи на территории Норского заповедника представляет собой основные места отела и летние пастбища крупнейшей мигрирующей популяции косуль — 6-7 тысяч особей. Летом плотность населения достигает 40-50 особей на 1000 га. Осенью косули откочевывают на 100-150 км к юго-западу. В местах традиционных переправ за сутки можно увидеть 100-200 животных. Последние в мире места массовых переправ косуль представляют собой одну из важнейших природных достопримечательностей Амурской области. Селемджинское водохранилище сделает недоступными места размножения этих копытных, а Нижне-Зейское перекроет пути к зимовкам в многоснежные годы. Таким образом, для косуль севера Амурской области наложение влияния двух новых водохранилищ даст колоссальный негативный кумулятивный эффект. Случаи массовой гибели косуль отмечались на Зейском и Бурейском водохранилищах (рис. 3), однако на Селемдже и Нижней Зее следует ожидать настоящей катастрофы для этих животных. Например, в ноябре 2015 г. через территорию проектируемого Нижне-Зейского водохранилища (выше поселка Чагоян) на правый берег р. Зея перешло около 3 тысяч косуль (рис. 2). При наличии здесь искусственного водоема большинство животных ожидала бы смерть.

QD0001028

Рис. 3. Останки утонувшей косули, вмерзшей в лед Чеугдинского залива Бурейского водохранилища. Декабрь 2006 г. Фото С.Ю. Игнатенко

Только на Нижней Зее масштабы единовременной гибели косуль при массовом переходе через водохранилище могут составить по разным оценкам от 3 до 10 тысяч особей. Никак не меньше их погибнет на Норе и Селемдже. Косуля навсегда потеряет роль массового охотничьего вида, играющего значительную роль в жизнеобеспечении местного населения. Необходимо отметить, что падение численности коснется и других промысловых видов. Угодья, включающие среднее течение долины Зеи, всегда выделялись исключительно высокой плотностью населения охотничьих животных. Недаром здесь было учреждено два крупных зоологических заказника (Усть-Тыгдинский и Иверский), которые будут частично затоплены. Богатейшие охотничьи угодья Шимановского и Мазановского районов, примыкающие к долинам рек Зея и Селемджа, фактически потеряют свое промысловое значение.

То же самое можно сказать о рыбных ресурсах. В формирующихся водохранилищах и их притоках резко сократится численность ценных пород рыб-реофилов — хариуса, ленка, тайменя, сига. За кратковременным всплеском поголовья малоценных озерных видов (озерный гольян, чебак, серебряный карась, амурская щука) последует быстрое необратимое оскудение рыбных запасов искусственных водоемов. Резкое снижение продуктивности охотничьих угодий и оскудение рыбных ресурсов приведут к существенному снижению качества жизни местного населения и его дальнейшему оттоку из Приамурья.

В бассейне реки Амур поймы и долины крупных рек представляют систему магистральных «экологических коридоров», по которым десятки тысячелетий (начиная с третичного периода) идет межрегиональный обмен видами животных и растений. Один из важнейших экологических коридоров регионального уровня связан с долинами рек Зея и Селемджа. Многообразие долинных биотопов обеспечивает проникновение маньчжурских видов (дальневосточная квакша, дальневосточная лягушка, амурский и узорчатый полозы, фазан, мандаринка, амурский еж, уссурийская белозубка, дальневосточная полевка, амурский барсук, енотовидная собака, дальневосточный лесой кот, кабан и др.) далеко к северо-западу, а даурско-монгольских видов (монгольская жаба, унгурская полевка, барабинский хомячок, длиннохвостый суслик, солонгой, степной хорь) далеко к северо-востоку от основных ареалов. Кроме того, с долиной Зеи связаны места обитания и локальных концентраций несколько редких охраняемых видов, занесенных в Красную книгу Амурской области и (или) России, не относящихся к упомянутым фаунистическим комплексам: кутора, амурский лемминг, черный аист (рис. 4), сахалинская гадюка (рис. 5).

Ч

Рис. 4. Черные аисты, парящие над водно-болотными угодьями в р-не устья р. Деп, попадающими в зону затопления проектируемого Нижне-Зейского водохранилища. Сентябрь 2015 г.

До создания Зейского водохранилища некоторые виды с «южным типом ареала» проникали на север вплоть до Верхнезейской низменности и предгорий Станового хребта. После возведения плотины Зейской ГЭС (1974 г.) длина Зейского экологического коридора сократилась на 150-200 км. Распространение «южных» видов на север стало четко ограничиваться южными предгорьями хребтов Тукурингра и Соктахан. В случае создания Нижне-Зейской ГЭС рассматриваемый экологический коридор сократится еще почти на 300 км и будет ограничен районом устья р. Граматуха. Появление Нижне-Зейской и Селемджинской ГЭС приведет к существенному обеднению животного населения и снижению биоразнообразия северной части Амурской области.

Гадюка

Рис. 5. Сахалинская гадюка на правобережье р. Деп в ее нижнем течении, в зоне затопления проектируемого Нижне-Зейского водохранилища. Май 2015 г

Что же в итоге? Два новых крупных водохранилища, распложенных на самых уязвимых с экологической точки зрения участках, не избавят Приамурье от наводнений при экстремальных объемах стока, а скорее повысят риск внеплановых технологических попусков и аварийных залповых сбросов, как это было на Саяно-Шушенской ГЭС. А вот огромные экологические и социальные издержи гарантированы.

Конечно, новые ГЭС дадут дополнительную электроэнергию, которой на российском Дальнем Востоке и сейчас избыток. Не вызывает сомнений, что большая ее часть пойдет на экспорт. В СМИ можно услышать мнение, что «поставки электроэнергии в Китай являются не экспортом сырья, а продажей высокотехнологичного товара». Однако, по сути, электроэнергия является важнейшим стратегическим сырьем, получение которого сопряжено со значительными социально-экологическими издержками. Насколько это выгодно для Приамурья? Нельзя не учитывать, что резкий рост экспорта электроэнергии в КНР по ценам ниже, чем на российском Дальнем Востоке, снизит конкурентоспособность наших товаров по сравнению с китайскими и, тем самым, косвенно воспрепятствует гармоничному развитию хозяйства Приамурья.

В последние годы Приамурье стало ареной масштабной природоохранной деятельности: создан Бурейский природный парк и ряд других региональных ООПТ. В рамках нацпроекта «Экология» учрежден первый в области Токинско-Становой национальный парк. Но проектирование Селемджинской и Нижне-Бурейской ГЭС может легко перечеркнуть все достигнутые успехи. Плотины этих гидросооружений будут расположены таким образом, что неизбежен колоссальный кумулятивный эффект от взаимного усиления негативного воздействия обоих водохранилищ на экосистемы. Основными проявлениями такого эффекта будут фактическое уничтожение последних крупных мигрирующих группировок сибирской косули и резкое падение биоразнообразия севера Амурской области: Селемджинское водохранилище сделает недоступными основные места размножения, а Нижне-Зейское перекроет пути к зимовкам косуль; одновременное затопление долинных биотопов в среднем течении рек Зея и Селемджа перекроет магистральные экологические коридоры, уничтожив местообитания множества редких видов животных и растений.

Трудно придумать что-либо более разрушительное для природы и социальной стабильности региона, которому будут угрожать снижение биоразнообразия и новый отток населения. Энергетикам должны быть хорошо известны эти слабые места обоих упомянутых вариантов размещения ГЭС. Проект Селемджинской ГЭС был отклонен как экологически опасный еще государственной экспертизой СССР. После создания Норского заповедника к этому добавляется и прямое противоречие с российским законодательством, запрещающим разрушение природных комплексов федеральных ООПТ. Недопустимые экологические издержки, связанные с возможным созданием Нижне-Зейской ГЭС, подробно описаны в предоставленном «РусГидро» отчете ПРООН/ГЭФ – Минприроды России «Организация и выполнение мониторинга (включая предпроектный мониторинг) состояния биоразнообразия в зонах воздействия проектируемых, строящихся и эксплуатируемых гидроэнергетических объектов в Амурской области» (договор № 01/К/2015).

Оптимальным выходом из сложившейся ситуации было бы рассмотрение строительства новых гидроузлов — не как универсальной меры, а как одного из пунктов комплексной программы по предотвращению негативных социальных последствий наводнений. В эту программу могут входить следующие пункты: 1) переселение людей из мест, наиболее опасных при наводнениях; 2) огораживание дамбами некоторых поселений и объектов инфраструктуры; 3) оптимизация использования противопаводковых емкостей существующих водохранилищ; 4) повышение оперативности и точности прогнозов наполняемости водохранилищ за счет увеличения числа гидропостов; 5) создание в верховьях рек небольших водохранилищ, не препятствующих сохранению биоразнообразия, не ухудшающих социальную обстановку в регионе и способствующих развитию местных производств; 6) заблаговременное планирование попусков из водохранилищ (в том числе экологических).

На территории Амурской области есть варианты размещения ГЭС, полностью отвечающие предложенному взвешенному подходу. Это Экимчанский (верховья р. Селемджа) и Верхне-Ниманский (верховья р. Ниман – левый приток Буреи) перспективные створы, где строительство ГЭС было бы сопряжено с наименьшими социально-экологическим издержками. Примечательно, что в поручении Президента от 2021 года говорилось о проработке вопроса возможности строительства ГЭС на реках Ниман и Селемджа. Как отмечалось, в верховьях обеих упомянутых рек есть экологически приемлемые створы. Однако энергетики выбрали наиболее опасный вариант размещения ГЭС на Селемдже и возведение новой плотины в долине Зеи, экосистемы которой уже испытывают интенсивное воздействие крупнейшего на Дальнем Востоке водохранилища. О возможность создания ГЭС на р. Ниман в сообщении «РусГидро» даже не упоминается. Вероятно, отказ от строительства плотин в верховьях Селемджи и Нимана связан с меньшей транспортной доступностью этих участков и меньшими масштабами проектов. Но подход «строим, где легче и дороже, невзирая на последствия» отвечает лишь корпоративным интересам гидростроителей. При этом нельзя забывать о том, что ОАО «РусГидро» не частная, а государственная компания.

Объективный анализ показывает, что решение о строительстве Селемджинской и Нижне-Зейской ГЭС отвечает главным образом ведомственным и корпоративным интересам лиц и организаций, заинтересованных в освоении максимальных средств при минимальных трудозатратах. Нельзя допустить ситуации, когда из-за такого однобокого подхода Приамурью будет нанесен колоссальный экологический и социально-экологический ущерб. При этом будет дискредитирована позитивная идея федеральных властей о действенной помощи населению. С другой стороны, выбор оптимальных створов и отказ от наиболее экологически опасных, наряду с необходимыми компенсационными мероприятиями и комплексным подходом к предотвращению негативных социальных последствий наводнений, позволят сделать реальный шаг к экологически устойчивому развитию региона.

С.А. Подольский, старший научный сотрудник Института водных проблем РАН, кандидат географических наук, член Экспертного совета по заповедному делу

Плывущие косулята

Дальневосточный аист

Ленок

Заполнение Бурейского водохранилища

Избушка, затопленная Бурейским водохранилищем

Массовая миграция косуль в зоне влияния проектируемого Нижне-Зейского водохранилища.

Фото Д.В. Астафьева

13.05.2023